Буллинг: какие 10 типов детей находятся в зоне риска

Детский буллинг как разновидность насилия. Проблема детского буллинга (травли) в школе

В России наиболее часто используется понятие буллинга как синоним школьной травли. Различают также термин моббинг (от англ. mob— толпа), когда агрессорами являются несколько человек.

Психологическое насилие: издевательства, обидные шутки, оскорбления, угрозы, унижение, социальная изоляция (например, бойкот), оказание психологического давления, распространение слухов и др.

Физическое насилие: избиение, жестокое обращение, порча имущества.

Каковы причины буллинга? Часто ситуации буллинга возникают вследствие целой совокупности факторов. И все же, даже при наличии многих факторов непосредственно буллинга может не быть. Тем не менее, давайте рассмотрим факторы, которые увеличивают вероятность травли:

Искусственно собранная группа. Сами дети не выбирали оказаться в данной группе, а также не могут добровольно из нее выйти. Группа не отвечает интересам ребенка, ребенок сам не выбирает деятельность. Буллинг мало вероятен в ситуации, например, кружка по интересам или даже дворовой компании, ведь ребенок занят тем, что интересно ему, и может в любой момент покинуть группу. То есть практически все школьные коллективы оказываются так или иначе в зоне риска.

Позиция педагога. Чаще всего травля зарождается на глазах педагогов. По какой-то причине педагоги не пресекают детскую жестокость, а, возможно, и неосознанно в чем-то поддерживают издевательства над, например, неудобным ребенком, ситуация продолжает набирать обороты.

«Некомфортно в группе». Часто буллинг начинается в группах, в которых недостаточно механизмов для регулирования правил. Кому-то из детей необходимо чувствовать свое влияние на группу, отслеживать свой статус в группе, кому-то важно, чтобы были понятно, что происходит и какая-то предсказуемость.

Насилие в семье агрессора. Ребенок, который в своей семье оказывается «под ударом», находится в стрессовой ситуации. Часто дети, которые оказываются агрессорами и причиняют боль другим — в своей семье терпят насилие и унижение. И в группе проявляют свою силу и возможности так, как умеют — проявляют насилие к другим и становятся, пусть на время, на более сильную позицию, в которой они могут что-то решать.

Кто подвержен буллингу? Мифы про буллинг

В обсуждении ситуации буллинга есть большой соблазн начать обсуждать «жертву» буллинга: что с ней/ним не так, и как сделать так, чтобы он/она поменяла свое поведение. На это направлены житейские советы: «не обращай внимания», «больше улыбайся», «похудей» и т.д. К сожалению, по опыту работы, этот подход в коррекции ситуации оказывается не только неполезным, но и вредным. Вместо того, чтобы обсуждать особенности жертвы, стоит переключиться на ситуацию в группе, а также на недопустимость жестокого обращения /террора.

Жертвой травли может стать абсолютно любой ребенок. Ребенок с одними и теми же особенностями в одной группе будет подвергаться травле, а в другой — нет. Более того, дети, которые в классе становятся обидчиком и жертвой, в другой обстановке (например, в отсутствии других членов группы) могут мирно общаться. Травля — это групповой системный процесс.

Также при работе с буллингом стоит помнить, что буллинг — это не конфликт между детьми. В конфликте есть две стороны, которые не смогли договориться, не умеют общаться и проч. В ситуации буллинга недопустимые действия направлены только на «жертву».

Распространенный миф — что от буллинга страдает только «бедная жертва». Это не так, и в результате многочисленных исследований было показано, что психологическую травму могут получить и свидетели травли, и активные обидчики.

Пути профилактики и преодоления буллинга. Общие рекомендации.

Обычно, когда педагоги начинают беспокоиться о ситуации, начинаются поиски профилактических мер. Однако важно понять, на какой стадии развития буллинга находится ситуация, т.к. меры профилактики могут быть бесполезны, а также вредны для ситуации травли.

Что может быть эффективной профилактикой буллинга?

Для того, чтобы заниматься профилактикой буллинга, достаточно того, что у вас есть учебный класс. Вот какие способы можно использовать для улучшения атмосферы в классе:

Командообразование. Тренинг на командообразование может провести педагог, школьный психолог или приглашенный специалист. Взрослый берет на себя ответственность и собирает группу, учит ребят кооперироваться для достижения общих целей. Желания лидеров класса быть в центре внимания может быть реализовано безопасным и достойным способом, ребята во время занятий учатся слушать и поддерживать друг друга.

Работа с групповыми правилами. Это очень полезная работа для группы, ее можно проводить также в рамках тренинга. Самое важное — что дети будут обсуждать, как можно друг с другом поступать, а как — нет, договариваться вместе. В моменты обсуждений у детей часто появляется своя точка зрения, они подбирают аргументы и т.д. Для такого процесса нужен специальный ведущий, который сможет уделить внимание всем и не продвигать правила, которые нравятся ему.

Сопровождение новых детей, курирование «бывалыми» новичков. «Новички» часто поначалу чувствуют себя в группе некомфортно. Если класс заинтересован, можно выделить сопровождающих для новых детей (можно даже из старших классов), или поделить роли. Если дети берут на себя ответственность за какую-то область жизни класса (подтягивание отстающих в учебе, организаторов концертов и чаепитий и т.д.) — это также возможность реализовать способности ребенка.

Обсуждения с детьми. Ситуации, когда педагог предлагает детям высказаться, обсудить что-то также может быть полезно для участников. Можно обсуждать ситуации в классе, можно — какие-то мировые ситуации, а также можно смотреть и обсуждать мультфильмы, в том числе про буллинг. Обсуждение ситуации буллинга, когда дети могут сами придумывать, что можно сделать в разных ситуациях, как они могут помочь другу и т.д.— это также является профилактикой. Смущаться такого разговора не нужно, наоборот, дети чувствуют себя взрослее и боеле ответственными, когда обсуждают разные реальные ситуации.

Рекомендации для работы с травлей:

Реакция на травлю. Травля часто происходит с ведома педагога. Для «жертв» травли страшно и непонятно, когда есть взрослый, который не может повлиять на ситуацию, и защитить ребенка. Очень важно, что педагоги реагируют, говорят о недопустимости насилия, террора, в том числе словесного, и останавливают это.

Не стоит жалеть и заступаться за «жертву», призывать остальных к жалости — часто это усиливает ситуацию травли.

Не стоит также разбирать и обсуждать, что с «жертвой» не так. Даже если у ребенка есть какое-то особое поведение/привычки и проч. — когда дело доходит до ситуации травли дело не в этом, а в насилии, которое совершается в отношении ребенка в школе. И даже перемены привычек эту ситуацию, в большинстве случае, могут не поменять. Дети могут не дружить, но не должны травить друг друга.

Педагог должен выступить — это можно сделать по-разному — с идеей, что травля недопустима. Отказаться от того, чтобы считать травлю «нормальной», «так уж получилось», «ничего не поделаешь». Одна позиция педагога по этому вопросу значит для учеников оень много. Ценность этой позиции многократно возрастает в начальной школе.

Очень важно не нападать на агрессоров, не стыдить их за травлю. К сожалению, многие дети и сами не всегда понимают, что с ними происходит, когда они травят кого-то — это бывает малоосознаное поведение. Вместо этого стоит вместе с классом придумать, как бороться с травлей, как сделать так, чтобы ее не было, потому что травля это неправильно и недопустимо. В видеолекции Людмила Петрановская предлагает технологию обсуждения с детьми ситуации травли в классе, когда травля уже есть.

Поддержка позитивных изменений. Детям важно, когда взрослые реагируют. Позитивная обратная связь — это то, что может поддержать ребят на пути к желаемому результату. Иногда педагоги предпочитают «не обращать внимание» на небольшие достижения, потому что это еще далеко от цели. Однако более эффективно замечать и даже праздновать небольшие успехи. Это может быть чаепитие или игра по поводу того, что уже неделя/2 недели из класса ушла травля или что-то другое — на ваш выбор.

Когда острая фаза травли завершается, стоит подумать о том, что может поддержать класс, сделать его более дружным и тд. На этом этапе хорошо индивидуально работать с «жертвой» травли, чтобы поддержать, помочь пережить негативный опыт. Если буллинга в классе нет, это хорошая точка, чтобы вернуться на стадию профилактики и снова подумать о квестах, играх и т.д.

Школьный буллинг: почему одни дети травят других и как защитить своего ребёнка от насилия

Фоксфорд поговорил о проблеме буллинга с практикующим психологом. Елена Трушина рассказала, что делать, если ребёнка травят в школе или он сам проявляет агрессию. Чем опасен школьный буллинг?

Что такое буллинг

Буллинг (от английского bullying — «запугивание», «издевательство», «травля») — это агрессия одних детей против других, когда имеют место неравенство сил и жертва показывает, как сильно её это задевает.

Буллинг не всегда выражается в физическом нападении. Чаще происходит психологическое насилие в форме:

  • словесной травли (оскорбления, злые и непристойные шутки, насмешки и прочее);
  • распространении слухов и сплетен;
  • бойкота (одна из самых опасных форм буллинга, так как чаще остальных приводит к суициду).

Кто участвует в буллинге

Буллинг наиболее распространён в начальной и средней школе. К 10–11 классам на фоне процессов созревания мозговых структур и способности у подростков к саморегуляции он постепенно сходит на нет.

Исследование о частоте проявлений буллинга в зависимости от класса, проведённое Даном Ольвеусом.

Если в коллективе началась травля, сложно не включиться. В буллинге много ролей. Три основные: булли (придумывают и возглавляют издевательства), наблюдатели (вроде в стороне от конфликта, но всё равно одобряют либо осуждают агрессоров) и жертва.

К сожалению, в ситуации буллинга бесполезно занимать отстранённую позицию. Даже если нападкам подвергается только один одноклассник и вашего ребёнка «это не касается», наблюдатели получают не меньшую, а порой и большую травматизацию.

В психологии даже есть термин «травма наблюдателя». Часто ребёнок не может самостоятельно справиться с опытом наблюдения за продолжающимся насилием.

Буллинг причиняет ущерб психическому здоровью не только жертвы, но и детей, которые находятся в позиции безмолвных свидетелей.

Что делать, если ребёнок стал жертвой буллинга

Жертвой буллинга может стать абсолютно любой ребёнок, вне зависимости от благополучности семьи, заботы родителей и уровня развития. Что делать с буллингом в школе?

Поэтому важно, чтобы взрослые не оставляли без внимания случаи травли, даже если агрессия (пока) не направлена на их детей.

Как распознать буллинг и чем он опасен

Если ребёнок стал жертвой, но не рассказывает об этом напрямую, о травле можно догадаться по другим физическим и психологическим признакам.

  • Беспричинные боли в животе и груди
  • Нежелание идти в школу и плохая успеваемость
  • Нервный тик, энурез
  • Печальный вид, беспокойство, тревожность
  • Нарушенный сон, кошмары
  • Длительное подавленное состояние
  • Участившиеся простуды и другие заболевания
  • Склонность к уединению, нежелание общаться
  • Проблемы с аппетитом
  • Излишняя уступчивость и осторожность.

Школьный буллинг – что делать родителям

Родители ребёнка-жертвы испытывают чувство вины, стыда, гнева, боли и бессилия. Из-за этого иногда вместо поддержки и сочувствия обрушиваются на него с советами и обвинениями: «Что же ты не дал сдачи?!», «Не будь тряпкой!», «Сам виноват» и так далее.

Важно понять, что это может случится с любой семьёй. Здесь никто не виноват, особенно сам ребёнок.

Если вы чувствуете, что как родитель не справляетесь с ситуацией (а это нормально), то прежде всего нужно самому получить поддержку близких или психолога.

После этого вы сможете нормально поговорить о случившемся с ребёнком. Вот фразы, которые помогут вам начать диалог.

  • «Я тебе верю». Это даст ребёнку понять, что вместе вы справитесь с проблемой.
  • «Мне жаль, что с тобой это случилось». Это сигнал, что вы разделяете его чувства.
  • «Это не твоя вина». Покажите ребёнку, что в этой ситуации он не одинок, многие его сверстники сталкиваются с разными вариантами запугивания и агрессии.
  • «Хорошо, что ты мне об этом сказал». Докажите, что ребёнок правильно сделал, обратившись к вам.
  • «Я люблю тебя и постараюсь сделать так, чтобы тебе больше не угрожала опасность». Эта фраза позволит ощутить защиту и с надеждой посмотреть в будущее.
Читайте также:  ТОП-7 фактов о первых детских зубках

Старайтесь всегда поддерживать с детьми доверительные отношения, чтобы они вовремя смогли попросить о помощи в случае школьного насилия.

Что делать учителю

Проблема буллинга в школе и в классе — отдельная большая тема. Вот лишь один пример, как можно поступить учителю.

Ситуация: две девочки объявили бойкот третьей. Учитель, получив согласие жертвы и её родителей, организует встречу с инициаторами бойкота и ещё четырьмя ребятами, занявшими нейтральную позицию. Преподаватель объясняет детям, что чувствует девочка и просит их придумать два-три возможных решения, как уменьшить её страдания. Чувствуя важность своей миссии, дети активно включаются в «проект». Раз в неделю все участники встречаются и рассказывают о своих успехах. Через несколько таких встреч ситуация, как правило, себя исчерпывает.

Однако, к сожалению, не все родители находят поддержку со стороны школы. Тогда почти единственная «опция» — уход на семейное образование. Просто смена школы не всегда работает, так как травля может повториться. Во время семейного обучения у вас будет достаточно времени на обсуждение с ребёнком его травмирующего опыта.

Что делать ребёнку

Ребёнок в силу возраста не может сам защититься от буллинга. Это работа взрослых. Однако есть базовые вещи, которые взрослые должны объяснить ему для профилактики буллинга в школьной среде.

  • Рассказывать о случаях буллинга взрослым, которым доверяешь, — правильно, это не стукачество.
  • Нужно укреплять самооценку и вести себя уверенно. Быть настойчивым и сильным (хотя бы внешне).
  • Нельзя надеяться отомстить с помощью ещё большей жестокости. Это приведёт к новым проблемам. Лучше искать друзей среди сверстников и использовать самое мощное оружие против агрессии — юмор.
  • Необходимо избегать ситуаций, в которых возможна травля, и отклонять предложения поучаствовать в ней.
  • Если стал свидетелем насилия, нужно немедленно привести кого-то из взрослых или посоветовать жертве пойти за помощью к родителю или учителю, которому она доверяет.

Что делать, если твой ребёнок — буллер

Чаще всего буллерами становятся дети, подвергающиеся насилию в семье, а также пережившие психотравмирующие моменты в прошлом. Если отец бьёт и унижает мальчика дома, то с огромной вероятность на следующий день он попробует отыграться на более слабых одноклассниках. Такому ребёнку бесспорно нужна помощь специалистов, но главное проанализировать, что происходит в вашем доме.

Но бывают случаи, когда буллер обладает высокой самооценкой вкупе со сниженной эмпатией и вполне осознаёт свои действия. Такому ребёнку необходимы жёсткие границы и понятные последствия его действий. Поговорите с ним об этом. Расскажите о своём опыте в качестве жертвы или агрессора.

Обратите внимание на окружение ребёнка: не подвергается ли он насилию со стороны более взрослых приятелей (иногда достаточно постоянных саркастических замечаний).

Наконец, сходите на консультацию к семейному психологу, чтобы всем вместе разобраться в происходящем. Часто сделать это своими силами невозможно.

Елена Трушина, клинический психолог (МГУ имени М. В. Ломоносова), аналитический психолог, супружеский терапевт.

ТИПЫ АДАПТАЦИИ ДЕТЕЙ К БУЛЛИНГУ
Пособие: Диагностика и профилактика жестокого обращения (буллинг) в детской среде.

Глава 2. ТИПЫ АДАПТАЦИИ ДЕТЕЙ К БУЛЛИНГУ

Типологизировать детей и подростков, пострадавших от буллинга, с практической точки зрения, по нашему мнению, целесообразно по критерию активного сопротивления своим агрессорам. Именно активное сопротивление, активное разрешение тяжелой виктимной ситуации в итоге определяют как продолжительность, так и массивность данного вида психотравматического воздействия на несовершеннолетних. В конечном счете, речь идет об эффективности совладающего поведения. Напомним, что в концепции совладающего поведения, разработанной в конце прошлого века Р.Лазарусом, основной упор делается на взаимосвязь личностных ресурсов, ориентации на помощь окружающих и некоторых других факторов адаптации человека, с одной стороны, с последующими успехом или неудачей в преодолении им тяжелой жизненной ситуации, с другой стороны. Предполагается, что гармоничные личности с хорошей зрелой, развитой «Я-концепцией» (адекватная самооценка, адекватная самодостаточность, адекватная самоуверенность), низким уровнем тревожности, умеющие брать ответственность за происходящее и умеющие доверять другим людям, более эффективно справляются с возникающими на их пути проблемами. В детском и подростковом возрасте в силу незавершенности формирования личности на положительное совладающее поведение требуется значительно больше энергетических затрат, усилий и самоконтроля, чем у взрослых. Параллельно идет процесс эмоционального и интеллектуального совладания с трудной жизненной ситуацией.

Когда речь идет о поведенческих стратегиях, то имеется в виду смена самой деятельности или ее формы: активное сотрудничество, поиск поддержки (переключение), отвлекающая деятельность, уход от проблемы.

Стратегии эмоционального совладания проявляются в разнообразных по силе и качеству переживаниях, причем в младшем школьном возрасте это преимущественно отрицательные эмоции: раздражение, обида, страдание или эмоциональное самоустранение.

Стратегии интеллектуального совладания предполагают конкретную работу детей и подростков с информацией: отключение или переключение мыслей на другие, игнорирование неприятной ситуации, поиск дополнительной информации, анализ последствий ситуации, относительность в оценках и придание нового значения и смысла неприятной ситуации.

Таким образом, в рамках концепции совладания по критерию активного сопротивления травле мы выделяем следующие типы адаптации детей и подростков к этому виду переживаемой или затяжной психотравмы:

1 тип. Активное сопротивление

2 тип. Пассивное сопротивление.

3 тип. Отказ от сопротивления.

4 тип. Бегство от травли.

5 тип. Проблемно-усугубляющее поведение

1 тип. Активное сопротивление

Для этого типа характерны, в первую очередь, ориентация детей и подростков
на поддержку и постоянные попытки самостоятельно договориться с агрессорами. Такие дети адекватно используют помощь всех значимых людей, на которых они в этой ситуации могут положиться. Эта помощь честная, объективно своевременная и необходимая. Причем помощи предшествует их активная деятельность по налаживанию мира с обидчиками.
Они реально оценивают свои возможности, в первую очередь, физические. На первых этапах они мужественно могут вступать в силовое противоборство, при этом реально оценивают свои шансы на очередную победу. Иногда несколько успешных эпизодов самозащиты бывает достаточно, чтобы насилие прекратилось. Друзей, педагогов и родителей они привлекают, в первую очередь, как мудрых советчиков и лишь затем как реальных защитников. Их не удручает то обстоятельство, что некоторые из их «доверенных лиц»
по разным причинам отказываются им помогать. Они верят в оставшихся членов «группы поддержки» и ищут новых. Одновременно осуществляют поиск новых путей налаживания мира. Они хотят навсегда устранить эту проблему. Они честно соглашаются и пытаются исправить, устранить те свои личностные «минусы», если таковые имеются, которые, по мнению поддерживающих, способствуют продолжению травли. Они не падают духом, способны максимально эмоционально не вовлекаться в ситуацию. Все отрицательные эмоции, переживаемые ими в связи с ситуацией, преходящие и носят преимущественно инструментальный характер, например, как страх. Для них страх конкретизирован в возможность тяжелого физического насилия. Страх потери авторитета, имиджа и т.д. им абсолютно не свойственен. Также ситуационен гнев, который никогда не перерастает в ненависть. Они происходящее не воспринимают фатально, переживания страдания и отчаяния им не свойственны. Их оптимизм реальный, основанный, в первую очередь, на вере в себя и своих защитников. Они «не сдаются без боя», отстаивая свое право продолжать учебу там, где они ее продолжают, или отдых в том оздоровительном лагере, где они отдыхают, и где, за исключением ситуации буллинга, им интересно и здорово.

2 тип. Пассивное сопротивление

По сравнению с первым типом совладания с ситуацией буллинга, пострадавшие от нее не могут и не умеют активно сопротивляться. Зато у них проявляется весь спектр пассивного сопротивления, пассивного протеста: от плача и истерики с попытками самозащиты в случае физического насилия до уже выше названных психосоматических реакций: усиление заикания, невротические тики, энурез, энкопрез и т.д. Им же свойственны реакции по типу смещения своих отрицательных переживаний в связи с буллингом на младших, слабых и близких людей. При очередных эксцессах буллинга они быстро теряются, вплоть до потери полного самообладания, импульсивно ищут поддержку. В такие моменты они напоминают детей значительно более младшего возраста, переживающих беспомощность. Если они ее сразу же не находят, теряются еще больше и перестают доверять своей прежней «команде поддержки». Причем делают они это в отношении тех лиц, которые искренне хотят им помочь. В результате этим часто отталкивают этих людей от себя. Если же поддержка есть, то они пытаются манипулировать ими, что в итоге также отталкивает последних от них. Опасность такого незрелого сопротивления состоит еще и в том, что эти пострадавшие переносят свои тревожные ожидания очередной агрессивной атаки не только на обидчиков, которые в определенное время не имеют против них каких-либо дурных намерений, но и на нейтральных и даже на дружественных им людей. Этим детям очень тяжело не вовлекаться эмоционально в очередную агрессивную ситуацию. Порой это вовлечение «выбивает» их на несколько часов (уроков) или даже дней. В такие периоды они практически не работоспособны и не контактны. Чрезвычайная обидчивость, плаксивость, истеричность и, наконец, озлобленность – вот те преобладающие эмоции, которые переживаются этими детьми, делают их несчастными и раздражают окружающих. Гипертрофированная жалость к себе в такие периоды может блокировать другие эмоции, в том числе и положительные. Искренние попытки взрослых и товарищей как-то их подбодрить, развеселить натыкаются на новые волны обиженного брюзжания. Анализ ситуации, связанной с насилием в свой адрес, проводимый такими детьми и подростками, часто приводит к двум серьезным негативным выводам:

1. «Все происходящее со мной полностью связано только с обидчиками. У меня каких-либо изъянов нет».

2. «Все чрезвычайно плохо, а будет еще хуже». То есть здесь речь идет о формировании так называемого катастрофического мышления, которое в дальнейшем может привести к переживанию безнадежности.

3 тип. Отказ от сопротивления

Этот тип совладания детей и подростков с буллингом оказался неоднородным. В нем представляется возможным выделить два относительно самостоятельных подтипа.

1. Преимущественно импунитивный (фиксированный на проблеме) тип реагирования. Отказ от сопротивления у этих пострадавших связан, в первую очередь, с их фиксацией на «потенциальной неразрешенности» самой травматической ситуации. Отказ от борьбы у таких несовершеннолетних, как правило, наступает на ранних этапах буллинга. Реже отказ является результатом длительного и неуспешного сопротивления. Таким пострадавшим обычно свойственны: низкая самооценка, несовершенная «Я-концепция», склонность к пессимистическому восприятию действительности, личностная тревожность, сочетающаяся с переживанием беспомощности. Парадоксальным образом самые близкие люди этих детей сами пассивно сопереживают происходящее с ними. Они свою несостоятельность мотивируют опасениями ухудшить ситуацию буллинга и тем самым фактически отказываются от защиты своих детей. Аналогичная ситуация складывается и в учебных коллективах: дети и подростки считают, что педагоги их не выслушают и не помогут, одноклассники же еще и создадут новые проблемы. Переживание одиночества, которое часто реально существует для этих детей, в сочетании с их постоянными страхами и сомнениями в отношении целесообразности сопротивления, достаточно рано приводит пострадавших к сознанию безнадежности защиты себя от насилия. Переживания депрессивного спектра окончательно оформляют палитру чувств, присущую таким детям. По мере продолжения насильственных эксцессов в их адрес, эти депрессивные проявления становятся все более глубокими. Наконец, наступает такой момент, когда визуально эта категория переживающих травлю детей начинает выглядеть, как рано состарившиеся, пережившие горе взрослые люди. Именно в этот период они становятся особенно суицидоопасными, начиная в буллинге винить только себя.

2. Отрицание буллинга. Здесь речь идет о детях и подростках, которые фактически отрицают творимое в их адрес насилие. Причем достигают они это путем классических механизмов психологической защиты: отрицания, вытеснения и рационализации. В первом случае дети отрицают – не воспринимают очевидное. Во втором случае пытаются быстро «забывать» очередной эпизод издевательства над ними. Наконец, в третьем случае они пытаются оправдать «необычное» отношение в свой адрес какими-то собственными «поводами» для ответной агрессии или вообще интерпретировать буллинг как нормативное поведение. Внешне эти дети выглядят как благодушные, «весельчаки», ведут себя так, как будто бы ничего с ними не происходит. Насилие в свой адрес они пытаются для окружающих перевести в шутку, в «обычную школьную возню», в крайнем случае,
в недоразумение. Они категорически отрицают свою проблему как перед детьми, так и перед взрослыми – родителями и учителями. Однако более глубокое и доверительное обсуждение их ситуации снимает их личностную защиту. После чего за фасадом очевидной и неадекватной бравады обнажается глубокое страдание этих детей. Самооценка этих детей еще более низкая, чем у пострадавших импунитивного типа. «Я-концепция» еще более незрелая. Реальная возможность опереться на поддержку семьи и одноклассников еще более проблематичная. Поэтому пристальное наблюдение за поведением таких детей позволяет рано или поздно оценить его как неискреннее, игровое, связанное с постоянным напряжением, при котором «игрок» (ребенок, подросток) находится на грани срыва.

Читайте также:  Как померить температуру грудничку - способы и виды градусников

4 тип. Бегство от буллинга

Данная категория подвергшихся насилию детей и подростков непосредственно избегает любых контактов с агрессорами, вплоть до полного отказа от посещения мест, связанных с буллингом или с ним ассоциированных. В одних случаях речь идет о соответствующей доминирующей поведенческой стратегии, в других – о провоцирующих, запускающих механизмах бегства несовершеннолетних от уже существующих социальных проблем.
Эти дети отличаются особенно незрелой «Я-концепцией», крайне низкой самооценкой, высоким уровнем тревожности, низким или отрицательным статусом в сообществе учеников. Соответственно этому они категорически отрицают саму возможность любой поддержки,
от кого бы она ни исходила. Именно они представляют высокий риск трансформации избегающего поведения в аддиктивное, то есть ситуации, когда объяснимое и понятное на первых этапах совладания с проблемой поведение перерастает в саму потребность в бегстве как единственный фактор эмоционального комфорта личности. При этом диапазон бегства может быть разнообразным: от ухода и бродяжничества до развития других нехимических (игровая зависимость, интернет-зависимость) и химических зависимостей.

5 тип. Проблемно-усугубляющее поведение

Последний тип совладающего поведения можно было бы еще назвать псевдоактивным сопротивлением. Причина выбора именно такого названия заключается в том что, в отличие от первого типа подвергающихся агрессии, дети пятого типа своим активным сопротивлением усугубляют виктимную ситуацию. Личностно им присуща своеобразная дисгармония и противоречивость, флюктуирующая тревожность и склонность к бурному, аффективному реагированию на ситуацию фрустрации (препятствия). Во взаимоотношениях с ровесниками они конфликтны, отношения с родителями также во многих случаях крайне напряженные. Восприятие учителей отличается избирательностью или полным негативизмом. Ведущим психогенным механизмом совладания с буллингом выступает проекция, проявляющаяся зачастую в сверхценном отношении к широкому кругу лиц, «причастных к буллингу». В этом плане у них есть некоторое совпадение с группой пассивно сопротивляющихся детей и подростков. Однако, если у последних агрессивное восприятие нейтральных и дружественных одноклассников скорее является проявлением беспомощности и отчаяния, то у псевдозащитников «образ врага» аффективно заряжен и является источником зачастую брутальной ответной агрессии. Вообще, складывается впечатление, что насилие в адрес этих детей является для них мощным поводом для объявления «непрерывной войны» против «своих врагов». Конкретные действия, предпринимаемые в ответ третируемыми детьми против своих обидчиков, носят несоразмерно жестокий характер. В результате даже там, где можно было бы предотвратить очередной агрессивный эксцесс, они только очередной раз усугубляют ситуацию. Полностью отрицая помощь со стороны окружающих, они, тем не менее, амбициозно обвиняют их в равнодушии и подстрекающем отношении к своей ситуации. Итогом такого типа совладающего поведения у детей является не только их неспособность самостоятельно справиться с проблемой насилия, но и дальнейшее ее усугубление.

Следует отметить, что вышеперечисленные типы совладающего поведения детей и подростков, перенесших насилие, не являются абсолютно изолированными друг от друга. Ряд детей и подростков в результате продолжающегося насилия и одновременного ухудшения их семейной ситуации и взаимоотношений в среде ровесников, равно как и с другими значимыми для них лицами, обнаруживают смену одних, более зрелых и продуктивных типов другими, менее зрелыми и менее продуктивными. Аналогично возможно и обратное развитие – от менее зрелых и менее продуктивных к более зрелым и более продуктивным типам совладания с травлей, естественно, при интенсивном и продолжительном изменении микросоциального фона и психокоррекции пострадавших. Например, родители резко взялись за пресечение творимых актов агрессии в отношении своих детей, администрация и учителя образовательного заведения быстро организовали эффективную защиту жертв насилия, целый коллектив одноклассников мужественно объявил бой агрессорам и взял под опеку унижаемых одноклассников. Обеспечение мощной поддержки и реальная защита со стороны микросоциума может оказать в определенных случаях сильнейшее, побуждающее к эффективной перестройке защитного потенциала личности, воздействие. Реже такая позитивная трансформация наблюдается у тех, подвергающихся буллингу несовершеннолетних, которые стали получать косвенную помощь взрослых: советы родителей, беседы с учителями, работа с психологами и с психотерапевтами. Случаев спонтанного личностного роста у детей и подростков, не получающих какой-либо помощи от взрослых и соучеников, мы не наблюдали.

Клинико-психологическая специфика типов совладающего с буллингом поведения

Как мы уже ранее замечали, абсолютной конгруэнтности между особенностями личности несовершеннолетних и типом их совладания с насилием не существует. Тем не менее, можно говорить о вероятностных, возможных типах адаптации детей и подростков с определенными личностными, в том числе и патологическими особенностями к ситуации буллинга.

В частности, активное сопротивление свойственно практически здоровым, гармоничным детям и подросткам, происходящим из полных гармоничных семей, не имеющим серьезных проблем с ровесниками и благополучно адаптированным к школе.

Пассивно сопротивляющиеся дети и подростки во многих случаях имеют в преморбиде компенсированные и субкомпенсированные проявления резидуально-органической недостаточности с преимущественно неврозоподобной симптоматикой, они склонны к регрессивному реагированию в конфликтных ситуациях и образованию психосоматических симптомов. Такой способ адаптации к травле свойственен также и своеобразно развивающимся детям с аутистическими тенденциями в поведении, акцентуантам и подросткам с формирующейся психопатией астенического круга.

Представители третьего типа, отказывающиеся от сопротивления – это преимущественно дети с выраженными проявлениями психического инфантилизма, подростки с сенситивной акцентуацией и сенситивные шизоиды в рамках личностного развития, равно как и эмотивно-лабильные личности.

Бегство от ситуации буллинга обычно свойственно детям и подросткам с психопатическими реакциями и психопатоподобными расстройствами, которые проявляются, в первую очередь, разнообразными поведенческими нарушениями и проблемами социальной адаптации, склонным к аддиктивному реагированию.

Наконец, совладающее поведение с усугубляющим сопротивлением чаще всего отмечается у возбудимых детей, склонных к эксплозивным реакциям и истерическому поведению подростков. Таким же образом пытаются совладать с буллингом подростки с отчетливыми стенично-шизоидными и эпилептоидными чертами характера.

Бедный учитель в зоне риска школьного буллинга

Около 50% педагогов подвергались агрессии со стороны своих подопечных

Учителя не готовы рассказывать о своих проблемах с классом ни коллегам, ни психологу. Фото Depositphotos/PhotoXPress.ru

Практически более 70% учителей РФ испытали на себе те или иные формы школьного буллинга. Таковы результаты онлайн-опроса учителей, проведенного сотрудниками Научно-исследовательского университета «Высшая школа экономики» Юлией Черненко и Дарьей Сапрыкиной в 75 регионах страны. Львиную долю выборки составляют педагоги с большим опытом работы в школе.

Буллинг – это желание оказаться сильным именно во властных отношениях конкретного сообщества и в его иерархии. Отсюда – желание сильного причинения психологического и физического дискомфорта более слабому в этих отношениях. В отношении учителей прямой буллинг – это скорее всего оскорбления и насмешки, публичное обсуждение внешнего вида учителя, грубость и так далее. А непрямой – саботаж, клевета на педагога и тому подобное. Так классифицируют буллинг авторы новых опросов. И педагогов они спрашивали, подвергались ли они буллингу, насколько часто, в какой форме и почему.

На первый взгляд нежелание выполнять требования учителя, сопротивление учителю – довольно безобидно на фоне прямой агрессии ученика. Тем не менее за этими формами поведения тоже стоит желание установить психологический контроль над «жертвой», заставить ее почувствовать себя неуверенно, считают психологи.

По итогам проведенного анкетирования выяснилось, что самыми распространенными формами буллинга учителя считают уже ставшие привычными для нашего общества ситуации. Как то: ученики дразнят преподавателя, придумывают прозвища, игнорируют его, обсуждают его личную жизнь, жестами или взглядом демонстрируют презрение, намеренно систематически нарушают дисциплину, отказываются выполнять его требования.

Конечно, аналитики из ВШЭ принимают во внимание тот факт, что сегодня в школе идут процессы, способные несколько исказить картину буллинга. Как, например, многие учителя старшего возраста не могут сразу принять тот факт, что в центре школьного процесса сегодня стоит ученик и школьная иерархия претерпела значительные изменения. Они не воспринимают роль образования как «образовательной услуги», считают такое упрощенное целеполагание довольно уничижительным для себя. И в таком контексте могут отчасти и демонизировать поведение учеников, преувеличивать их агрессию, отмечают авторы исследования. И воспринимать, например, желание школьника отстоять собственную точку зрения как оскорбление, плохое поведение. «Да, есть вероятность некоторой демонизации, – признаются авторы исследования. – Однако она не влияет на тот факт, что многие учителя чувствуют себя жертвами, испытывают психологический дискомфорт и находятся в зоне риска профессионального выгорания». И это неприятная ситуация для современного российского образования, отмечают они. Прессинг в отношении учителей влияет на качество преподавания, результаты обучения и на психологическую атмосферу в школе.

Удивительно, но жертвами жесткого буллинга (с запугиваниями, физическим насилием, сексуальными домогательствами, вандализмом: порча и хищение вещей педагога) оказались практически 50% из опрошенных ВШЭ учителей. Кстати, есть еще и третий вид прессинга – медиатизированные формы буллинга. Это угрозы по электронной почте, посты в социальных медиа, видео с издевательствами, карикатуры и пр. И он тоже воспринимается в материалах опросов как форма жесткого буллинга.

Кто входит в зону риска? Кто чаще всего становится жертвой учеников? Исследователи выяснили, что на частоту буллинга может влиять социальный статус педагога. Оказалось, что у учителей с низким уровнем достатка вероятность стать жертвой буллинга в два раза выше, чем у их более обеспеченных коллег. Зато место проживания, семейное положение и уровень образования не влияют на частоту и формы проявления агрессии.

Вместе с тем агрессия в школе может быть и обоюдоострой. Авторы исследования подчеркивают, что с увеличением частоты буллинга уменьшается удовлетворенность педагога результатами своего труда. Это может привести к опасным психологическим и социальным последствиям.

Судя по опросам ВШЭ, учителя скорее всего не готовы делиться «деликатными» проблемами с окружающими. Буллинг по отношению к себе воспринимается ими как нечто постыдное, о чем не стоит рассказывать никому, особенно коллегам. Увы, всего 13% учителей делятся такой проблемой и с психологом.

Но государство может им существенно помочь избежать участи быть «затравленными», поддержав педагога материально. Хотя и этот факт довольно грустный: мы превращаемся в общество, где деньги – мерило всего уже даже на уровне школы.

Оставлять комментарии могут только авторизованные пользователи.

Зависли в Сети

Рисками Интернета для детей озадачилась Еврокомиссия, которая с прошлого года начала исследовательский проект EU Kids Online. Помимо 25 стран Евросоюза в нем приняли участие еще Россия и Австралия.

От нас вопросом, безопасен ли Интернет для детей и подростков, занимались наряду с другими исследователями и психологи МГУ под руководством члена-корреспондента Российской академии образования, доктора психологических наук Галины Солдатовой. Проект “Дети России онлайн” включал в себя устный опрос детей и родителей по общим вопросам. А на все личные вопросы, особенно связанные с онлайн-рисками, дети отвечали письменно. И не случайно – как правило, это вопросы совсем интимного свойства.

Пользователи в памперсах

С какого возраста родители допускают своих детей к Интернету? В Европе средний возраст начала пользования – 9, а то и 7 лет. В России в среднем – 10, но мегаполисы почти не отстают от просвещенной Европы. А некоторые дети признались, что Интернет освоили с 5, 4 и даже в 3 года. Тенденция в целом не оставляет сомнений – возраст детей в Сети постоянно снижается.

К тому же наши дети пользуются возможностями Всемирной паутины почти бесконтрольно. Если в Европе дети выходят в Интернет в школе (более 60%) или общей комнате дома (60%), то есть на глазах у взрослых, то в России – в своей комнате (более 70%) или дома у друзей (более 50%). Причем чем старше школьники, тем контроль со стороны взрослых меньше – более 90% детей старше 13 лет свободны от пригляда взрослых в своих путешествиях по Паутине.

Кроме того, российские дети гораздо чаще, чем их европейские сверстники пользуются для выхода в Сеть мобильниками: каждый третий школьник 9-10 лет и 60% – среди 15-16-летних. Конечно, по большей части не на глазах взрослых. В Европе эти показатели соответственно в полтора и два раза меньше. Все это значит, что риски, с которыми они могут встретиться в Интернете, для них гораздо выше, чем в Европе.

Читайте также:  Кал со слизью у ребенка - вид, запах, причины, что делать, красные вкрапления

Ни дня без аськи

Частота путешествий по Интернету тоже растет с возрастом. Если среди детей 9-10 лет ежедневно выходит в мировую сеть половина (в Европе – лишь треть), то среди 13-летних – больше 75%. Причем в этой категории лидируют не мегаполисы, как можно было бы предположить, а краевые и областные центры – Кемерово (84% школьников выходят в Сеть ежедневно), Киров (81%), Челябинск (78%), Сыктывкар (77%). Москва и Санкт-Петербург им немного уступают (76 и 63% соответственно). Есть и областные и республиканские столицы-аутсайдеры. Сильно отстают по этому показателю Махачкала (39% школьников – ежедневные пользователи) и Чита (42%).

Велика разница и в количестве часов, на которые дети “зависают” в Интернете. Каждый четвертый проводит там от 7 до 14 часов в неделю, каждый шестой – от 14 до 21 и 20% – больше 21 часа! Это значит, каждый пятый ребенок сидит у компьютера как минимум по 3 часа в день. Что тут говорить о рекомендациях врачей о том, что без вреда для зрения и нервов подросткам можно работать у компьютера не больше 40 минут в день?

Есть среди детей и такие, кто практически живет в Сети двое-трое суток подряд. Больше всего “пропадающих в паутине” обнаружилось в Ростове-на-Дону, Кемерово и Челябинске. Куда при этом смотрят их родители, остается лишь догадываться. Ведь такое “зависание”, говорят психологи, таит в себе большой риск для их психического и физического развития и для возникновения различных зависимостей.

Чем они там занимаются?

Вариантов занятий в Интернете множество. Учителей и родителей наверняка обрадует, что 80% детей объявили: они пользуются Интернетом в учебных целях. Хорошо, правда, если не просто “сдувают” готовые доклады или сочинения, а самостоятельно ищут нужную информацию.

А чем еще виртуальным увлекаются наши ребята и их сверстники в Европе? Наши: чаще заходят в социальные сети, скачивают музыку и фильмы, выкладывают в Сети музыку, фото, видео, посещают чаты, создают персонажи, аватары, пользуются файлообменниками. Европейские: чаще просматривают видеоклипы.

И тут возникает правовая коллизия, о которой даже взрослые часто не задумываются. Вопрос о защите авторских прав встал у нас в стране не так давно. И то, что и взрослые, и дети часто скачивают и просматривают в Интернете бесплатно все, что хотят, рано или поздно может привести к большим неприятностям.

– Больше всего детей и подростков привлекают социальные сети. 75% в опросах подтвердили, что имеют свой профиль в них, а почти треть имеет даже не один, – говорит профессор Галина Солдатова. – Почти каждый пятый из наших детей имеет больше 100 друзей в социальных сетях. Это, несомненно, ставит вопрос о качестве общения – в чем оно заключается и может ли считаться полноценным?

Но еще опаснее другое: от 60 до 80% школьников выкладывают в Сети свою фамилию, точный возраст и номер школы. Неужели даже эта информация не заставит родителей задуматься о том, надежно ли защищен их ребенок от возможных последствий своей откровенности?

Что такое буллинг

Возможно, этот термин вам незнаком, как не знают его и большинство детей. Буллинг – это умышленно агрессивное поведение, направленное против того, кто считается слабее. Зачем? Чтобы унизить его достоинство, причинить боль, причем как физическими способами, так и вербальными. Русский перевод этого слова – “быкование” – приобрел несколько иной смысл. Поэтому и в наших исследованиях термин “буллинг” считается общепринятым.

В ходе опросов 23% детей признались, что являются жертвами буллинга – как онлайн, так и офлайн. В Санкт-Петербурге, видимо, не случайно, эта цифра еще выше – 35%. В Европе тот же показатель ниже – 19%. Каждый пятый из российских детей-жертв буллинга подвергается обидам и унижениям 1-2 раза в неделю, а то и каждый день. Особенно актуальна проблема для детей 11-12 лет, среди них обижают и унижают чаще одного раза в неделю почти треть всех, кто испытал на себе буллинг.

Исследования показали, что буллинг в рунете – столь же частое явление, как и в реальной жизни. Это значит, агрессия перекочевала из нее в виртуальное пространство: оскорбления в чатах, на форумах, в блогах и комментариях к ним, поддельные страницы или видеоролики, на которых над кем-то издеваются, избивают и т.п. Причем основной площадкой буллинга становятся именно социальные сети: тут взламывают личную страницу жертвы, создают поддельную на ее имя, размещают на ней унизительный контент. Наиболее остро переживают кибербуллинг дети 9-10 лет, в первую очередь девочки.

А 25% российских детей признались, что за последний год сами обижали или оскорбляли других людей в Интернете или реальной жизни. В целом в России субъектов буллинга в 2 раза больше, чем в Европе.

Больше 40% детей сталкиваются с изображениями сексуального характера, причем 6% – каждый день. Дети 9-10 лет признались, что испытывают при этом сильный стресс.

Второй значимый риск – встречи с онлайн-незнакомцами. Постоянно знакомится с новыми людьми в Интернете половина российских детей, причем мальчиков среди таких смельчаков больше, чем девочек. А 40% признаются, что затем встречаются с ними в реальной жизни! В Европе знакомства в Сети заводят 29% детей, но встречаются с ними в реальности меньше 10%. Чаще всего именно с незнакомцами наши дети общаются и в социальных сетях, тогда как в Европе большинство среди таких собеседников – реальные знакомые.

Результаты исследования показывают, что Россия входит в зону повышенного интернет-риска для детей: возраст пользователей снижается, контроль со стороны родителей минимален, а рискованные формы общения в Рунете очень распространены. Вы по-прежнему не хотите знать, чем занят ваш ребенок, притихший у своего компьютера?

Буллинг! Родители бьют тревогу

Этой статьи могло бы и не быть, если бы не заявки родителей, обеспокоенные тем, что с их детьми может произойти нечто подобное.

Буллинг – это школьная травля, которая происходит в местах, где нет учителей и где ученики совсем не защищены. К таким местам относятся: столовая, туалеты, коридоры, раздевалки, лестницы. От школьной травли в равной степени страдают как девочки, так и мальчики.

Буллинг, как явление, содержит в себе четыре элемента, отличные от простой агрессии, направленной на конкретного ученика. Это:

– дисбаланс сил (как правило, на одного человека направлена негативная энергия определенной группы людей, поэтому силы в этой «схватке» не равны);

– продолжительность во времени. Буллингом называется ситуация, которая продолжается более 5-6 месяцев. Так же имеет значение регулярность агрессивных проявлений;

– умышленность. Буллингом не может называться ситуация, когда ученика случайно толкнули на лестнице, случайно облили в столовой соком. Как правило, действия агрессоров в этой ситуации имеют направленность на конкретного человека с целью причинения вреда – как физического, так и психологического;

– различный эмоциональный отклик жертв буллинга. Это значит, что жертвы буллинга испытывают разную гамму чувств – от чувства вины и стыда и бессилия перед ситуацией до гнева и саморазрушающего поведения.

Буллинг может проявляться в совершенно различных вариациях: вербальная агрессия (или вербальный буллинг), физический буллинг, расистские комментарии, угрозы, отбирание денег, слухи, сплетни, комментарии сексуального характера, компьютерный буллинг (травля в Интернете).

Основной смысл буллинга не связан с чувством гнева у агрессоров, а состоит в контролировании окружающих. И, как бы странно это не звучало, в получении «награды» (мнимого удовольствия и одобрения от «группы поддержки»). Такие дети, как правило, имеют положительное отношение к насилию, часто нарушают правила и границы других людей, импульсивны и не испытывают эмпатии к жертве. У них нет в семье теплых и доверительных отношений с родителями, снижен контроль со стороны родителей, присутствуют слишком строгие наказания, либо эти наказания не систематичны. На первый взгляд может показаться, что дети, которые занимаются буллингом – одиночки с заниженной самооценкой. Но это не так. Это дети со средней, а то и завышенной самооценкой, у которых есть поддержка от других учащихся, основанная на страхе («лучше я встану на сторону агрессора, чем против меня будут десять человек, которые так же будут меня травить, как его»).

Буллинг имеет механизм социального заражения. Те дети, которые раньше остро реагировали на травлю, которая происходила рядом с ними, через какое-то время привыкали к этому и уже не обращали на жертву внимания. Более того, многие дети начинали смотреть на жертву, как на слабака, который не может дать отпор и считали, что он заслуживает это. Это может снижать уровень эмпатии по отношению к жертве, способствовать повышению уровня агрессии к ней.

Основная опасность для жертв состоит в том, что они не всегда ищут поддержку у взрослых, еще больше закрываясь в своей боли и бессилии. Это происходит по двум причинам. Первая – страх. Такие дети считают, что если привлечь внимание взрослых в данной ситуации, травля будет еще больше. И вторая причина, еще более опасная – ребенок думает, что сам в этом виноват, что с ним так обращаются. Сталкиваясь долгое время с отвержением, ребенок перестает верить в себя и свои силы, не чувствует принадлежность к группе сверстников (а в подростковом возрасте это очень важно), пребывает в депрессии и все чаще задумывается о самоубийстве. Не допускайте этого и помните, что жертвой буллинга может стать каждый ребенок, а не только тот, у кого есть склонность к виктимному поведению.

На что родителям в первую очередь нужно обратить внимание?

  1. Изменения в поведении ребенка. Он стал более замкнутым, сдержанным, скрытным, перестал рассказывать вам о своей жизни, своих друзьях, увлечениях. Есть и другая крайность. Ребенок стал более импульсивным, несдержанным, агрессивным, грубым. Некоторые родители из виду упускают этот второй вариант, ссылаясь на кризис подросткового возраста.
  2. Снижение успеваемости в школе и в других местах, куда ходит ребенок (спортивные секции, занятия с репетиторами, музыкальная школа), ухудшение памяти, внимания, рассеянность.
  3. Частые болезни. Иногда боль от происходящего бывает настолько сильной, что организм не справляется с ситуацией и это серьезно подрывает здоровье.
  4. Снижение самооценки. Это можно заметить по словам ребенка, когда он начинает в разных ситуациях говорить: «у меня не получится», «я не смогу», «я не верю, что могу», «не хочу прилагать усилий…».
  5. Уход от реальности. Ребенок, который раньше часто гулял, приглашал домой друзей, все чаще начинает закрываться в своей комнате, общаться с виртуальными друзьями, играть в компьютерные игры, то есть всеми силами сбегать от той реальности, которая есть у него в жизни.
  6. Употребление психоактивных веществ.

Если вы заметили один или несколько признаков у своего ребенка, не откладывайте откровенный разговор. Создайте в семье такую атмосферу, при которой ребенок был бы готов раскрыться. Возможно, причина его неуспеваемости или изменения поведения в чем-то другом, но вам важно понять, что на самом деле происходит с ребенком. Будьте рядом, но с готовностью оказать помощь и поддержку.

Если ваш ребенок стал жертвой буллинга:

– научите ребенка эмоционально не реагировать на буллеров, потому что эмоции подпитывают их агрессию и способствуют еще большему проявлению буллинга;

– научите ребенка привлекать наблюдателей в таких ситуациях на свою сторону;

– научите его приемам отстаивания своих границ. Это может быть как словесный ответ: «Остановись!», «Прекрати!» уверенным голосом, так и прямой уход от ситуации. Большинство жертв остаются в ситуации, не пытаясь уйти;

– помогите ребенку найти поддержку у друзей и опираться на них, когда он находится в школе;

– научите ребенка отбирать власть у агрессоров: «Ну и что?», «Дальше что?», «С какой целью ты мне это сказал?»;

– найдите необычные и неожиданные ответы на разные ситуации, происходящие с вашим ребенком. Это может быть какой-то парадоксальный ответ, или ответ на языке юмора, но этот ответ поможет выбить почву из-под ног у буллера.

Ссылка на основную публикацию